Bynets.ru

Журнал финансиста
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Дата исполнения денежного обязательства

Дата исполнения денежного обязательства

Для решения данного вопроса нужно руководствоваться ч. 5 ст. 316 ГК
Если место исполнения не определено законом, иными правовыми актами или договором, не явствует из обычаев делового оборота или существа обязательства, исполнение должно быть произведено:
по денежному обязательству — в месте жительства кредитора в момент возникновения обязательства, а если кредитором является юридическое лицо — в месте его нахождения в момент возникновения обязательства; если кредитор к моменту исполнения обязательства изменил место жительства или место нахождения и известил об этом должника — в новом месте жительства или нахождения кредитора с отнесением на счет кредитора расходов, связанных с переменой места исполнения;

И солидарен с Садиковым «Из абз.5 комментируемой статьи, в частности, вытекает, что при осуществлении расчетов за переданные товары, выполненные работы и оказанные услуги через банки местом исполнения служит место нахождения банка, зачисляющего деньги.

Суть данной нормы в том, что обязательство должно быть исполнено в определенном месте, то есть пока оно в этом месте не исполнено, нельзя говорить о сроке исполнения обязательства так как оно еще не исполнено надлежим образом (т.е. в надлежащем месте).

С уважением Евгений.

Если иное не оговорено договором, то — надлежащее исполнение включает в себя:
— исполнение надлежащему лицу,
— исполнение надлежащим лицом,
— исполнение надлежащим предметом,
— исполнение в надлежащем месте,
— исполнение в надлежащий срок,
— исполнение надлежащим способом.

(c) Брагинский, Витрянский.

срок исполнения, в том числе и денежного обязательтсва, наступит только в тот срок, когда все вышеуказанные слагаемые окажутся в надлежащем месте- банке кредитора.

Статья 316. Место исполнения обязательства

по денежному обязательству — в месте жительства кредитора в момент возникновения обязательства, а если кредитором является юридическое лицо — в месте его нахождения в момент возникновения обязательства; если кредитор к моменту исполнения обязательства изменил место жительства или место нахождения и известил об этом должника — в новом месте жительства или нахождения кредитора с отнесением на счет кредитора расходов, связанных с переменой места исполнения;

Статья 316. Место исполнения обязательства

Если место исполнения не определено законом, иными правовыми актами или ДОГОВОРОМ, не явствует из обычаев делового оборота или существа обязательства.

Как я говорил выше в соответствии с данной нормой сроком и соответственно местом исполнения обязательства может быть банк плательщика либо получателя, списание ден. ср-в с р. счета, кор. счета плательщика, кор. счета банка плательщика, зачисление ден. ср-в на р. счет, кор. счет получателя, кор. счет банка получателя, а не только банк кредитора.

Если момент (срок) исполнения определен договором нет вопросов. Я так и указывал выше «Если иное не оговорено договором, то — надлежащее исполнение включает в себя:»

Я сам часто определяю в договоре момент исполнения денежного обязательтсва.

А по общему правилу действует ч. 5. ст. 316

© ООО «НПП «ГАРАНТ-СЕРВИС-УНИВЕРСИТЕТ», 2020.

С какого момента денежное обязательство считается исполненным?

Сложнее в ситуациях, когда речь идет о безналичных переводах, да еще и с привлечением банка-посредника.

Когда одна сторона обязана оплатить другой стороне деньги за товар (работы, услуги), важно понимать, в какой момент это денежное обязательство считается исполненным.

1. Если речь идет о расчетах наличными деньгами, то тут относительно все просто — денежное обязательство считается исполненным в момент получения бенефициаром (то есть продавцом, подрядчиком, исполнителем), наличных денег.

Если же расчеты между сторонами осуществляются посредством вручения чека или векселя, то денежное обязательство считается исполненным не с момента их вручения бенефициару, а с момента получения денег бенефициаром по чеку, векселю.

2. Сложнее в ситуациях, когда речь идет о безналичных переводах, да еще и с привлечением банка-посредника. Например, покупатель рассчитывается за товар посредством предъявления в свой банк платежного поручения. Предположим, что в расчетах еще участвует третий банк – посредник. Внизу расположена схема движения денег:

Итак, в какой момент денежное обязательство покупателя можно считать исполненным:

● когда он предъявил платежное поручение в свой банк и деньги списаны с его счета (этап 1)?
● когда деньги поступили в банк – посредник (этап 2)?
● когда банк – посредник перевел деньги в банк бенефициара (этап 3)?
● или когда деньги зачислены на банковский счет бенефициара (продавца) (этап 4)?

Согласно статье 55 Закона Республики Казахстан «О платежах и платежных системах» платеж (то есть исполнение денежного обязательства) считается завершенным с момента поступления денег на счет бенефициара и совершения соответствующей бухгалтерской записи по его счету (проще говоря, речь идет о зачислении (поступлении) денег на счет бенефициара). В нашей схеме это этап 4 .

Это очень важное правило, которое позволяет разрешить разные спорные ситуации при расчетах.

Допустим, деньги поступили в банк – посредник, у которого вдруг приостановили лицензию на совершение переводных операций. Деньги, как говорится, «зависли». Поскольку платеж так и остался незавершенным, денежное обязательство покупателя считается неисполненным, и продавец вправе требовать от покупателя его исполнения. Покупатель (отправитель денег) не вправе ссылаться на то обстоятельство, что с его счета деньги ушли; ему придется повторно платить из других источников, требуя при этом от своего банка возврата ранее перечисленных сумм (в свою очередь, у банка отправителя денег возникает право требования возврата ранее переведенных денег от банка – посредника).

3. Стоит заметить, что вышеуказанное правило является императивным, то есть стороны не вправе установить иной момент, когда денежное обязательство по гражданско-правовому договору считается исполненным. Кстати, в этом отличие от ранее действовавшего Закона РК «О платежах и переводах денег» 1998 года, пункт 3 статьи 24 которого позволял сторонам договора устанавливать иной момент завершения платежа (то есть исполнения денежного обязательства). Так, можно было установить в договоре поставки, что обязательства покупателя (отправителя денег) по оплате считаются исполненными после списания денег с его банковского счета (но не в момент их зачисления на счет поставщика — бенефициара). Однако, повторимся, правило о моменте завершения платежа в настоящее время является императивным (то есть не подлежащим изменению сторонами).

Читать еще:  Неправильный источник денежных средств

Трудно объяснить, чем вызвано ограничение возможностей сторон устанавливать своим соглашением иной момент исполнения денежного обязательства, чем установлен статьей 55 Закона “О платежах и платежных системах”. Возможно, законодатель тем самым подчеркивает общий подход определения места исполнения денежного обязательства, заложенный в статье 281 ГК РК, каковым признается место нахождения кредитора (бенефициара). Однако, как нам представляется, исключение диспозитивности в таком вопросе представляется неоправданным и противоречащим общему принципу свободы договора.

4. Еще немаловажное обстоятельство, которое следует учитывать в вопросе исполнения денежного обязательства. Предположим, деньги по переводу поступили в банк бенефициара (этап 3 в вышеприведенной схеме), но по каким-либо причинам не были зачислены на банковский счет бенефициара. Если следовать правилу статьи 55 Закона “О платежах и платежных системах”, то получается, что денежное обязательство отправителя денег перед бенефициаром еще не исполнено (моментом его исполнения по закону является, как мы помним, зачисление денег на счет бенефициара). Возникает важный вопрос: должен ли нести отправитель денег ответственность перед бенефициаром за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства по гражданско-правовому договору (например, в виде установленной за просрочку исполнения денежного обязательства неустойки или возмещения убытков)? Неужели отправитель будет нести ответственность, поскольку денежное обязательство по гражданско-правовому договору еще не исполнено?

Нетрудно заметить, что справедливым было бы освобождение отправителя денег от ответственности в подобных ситуациях. Дело в том, что деньги в нашем случае “зависли” в банке, выбранном бенефициаром, но не отправителем денег. Тем самым, риски, связанные с выбором контрагента в лице своего обслуживающего банка, а равно упущениями последнего, должен нести не отправитель денег, а бенефициар.

Именно такого подхода придерживается законодатель. Согласно пункту 2 статьи 58 Закона “О платежах и платежных системах” “отправитель денег не несет ответственность по платежу по гражданско-правовой сделке перед бенефициаром, если перевод денег не исполнен по вине банка бенефициара”.

5. Может показаться несколько странным, что, с одной стороны, денежное обязательство отправителя денег в подобном примере считается неисполненным (то есть имеет место формальное нарушение своего обязательства перед бенефициаром), но, с другой стороны, отправитель денег освобождается от ответственности за это.

Это не худший, но и не лучший вариант разрешения описанной ситуации. Не худший, поскольку отправитель денег резонно освобождается от ответственности за то, что деньги не дошли по вине банка бенефициара. Не лучший, поскольку, строго говоря, отправитель денег все равно считается просрочившим, а его денежное обязательство перед бенефициаром — так и неисполненным.

Представляется, что наиболее справедливым и разумным было бы указание в законе на то, что денежное обязательство считается исполненным не с момента зачисления денег на счет бенефициара (как это сейчас вытекает из нормы статьи 55 Закона “О платежах и платежных системах”), а с момента поступления денег в банк бенефициара. Почему?

Во-первых, как указано выше, банк бенефициара выбран не отправителем денег, а бенефициаром, который и должен нести риски за выбор своего обслуживающего банка. Во-вторых, в случае, если деньги не дошли до бенефициара, “зависнув” в его банке, возможности отправителя денег повлиять на этот банк явно ограничены, так как они между собой договорными отношениями не связаны. На основании чего он будет предъявлять требование (и о чем) к банку бенефициара? Но вот бенефициар вправе потребовать исполнения от своего банка обязательств по зачислению поступивших в свой адрес денег. В-третьих, при таком варианте, вполне логичным становится освобождение отправителя денег от ответственности за непоступление денег на счет бенефициара по вине банка бенефициара.

Помимо сказанного, предлагаемый нами подход разрешения вопроса о моменте исполнения денежного обязательства не должен, на наш взгляд, исключать возможность установления в гражданско-правовом договоре иного правила. Иначе говоря, не видим препятствий для придания законодателем такой норме диспозитивного характера.

Может ли соглашением сторон быть изменен момент исполнения денежного обязательства при переводе денежных средств по банковским счетам?

Вопрос о моменте исполнения денежного обязательства, кажется, обсуждать-то уже и неприлично. Наверное, можно говорить о неком сформировавшемся общем понимании, что обязательство считается исполненным с момента поступления денежных средств на корреспондентский счет банка кредитора, при этом, как правило, стороны исходят из того, что они могут перенести этот момент соглашением (не раз видела в договорах). Вопрос, собственно, в том, насколько подобное условие имеет право на жизнь.

Недавно наткнулась на любопытную статью в Юристе компании (доступна по ссылке для подписчиков), авторы которой считают правомерным установление сторонами в договорном порядке в качестве момента исполнения денежного обязательства (обязательства об оплате), момента списания денежных средств с расчетного счета плательщика.

Но… но… Но как же ФЗ «О национальной платежной системе», спросит какой-нибудь мимимопроходивший банковский юрист (или не спросит, возможно моя точка зрения на проблему несколько маргинальна))).

ФЗ «О национальной платежной системе» оперирует понятием «окончательности перевода» (п. 16 ст. 3), которая определяется как характеристика перевода денежных средств, обозначающая предоставление денежных средств получателю средств в определенный момент времени. В соответствии с ч. 10 ст. 9 того же закона в случае, если плательщика средств и получателя средств обслуживают разные операторы по переводу денежных средств, окончательность перевода денежных средств наступает в момент зачисления денежных средств на банковский счет оператора по переводу денежных средств, обслуживающего получателя средств, с учетом требований статьи 25 закона. При переводе денежных средств обязательство оператора по переводу денежных средств, обслуживающего плательщика, перед плательщиком прекращается в момент наступления его окончательности (ч. 11 ст. 9).

Читать еще:  Основные характеристики элементов денежной системы

Совершенно очевидно, что нигде в приведенных нормах прямо не сказано, что денежное обязательство плательщика перед получателями считается исполненным при наступлении окончательности (как, к примеру, в отношении электронных денежных средств в ч. 17 ст. 7). Тем не менее, на мой взгляд, это читается «между строк», конструкция, при которой получателю уже были предоставлены денежные средства (в соответствии с нормой закона), а денежное обязательство все еще не исполнено, несколько абсурдна. Хотя в качестве возможного контраргумента – зачем тогда законодатель отдельно прописал это в отношении электронных денежных средств? Потому что:) Оговорюсь также, что принципиальный аргумент из серии «а причем тут вообще закон о нпс, он про другое» несостоятелен. Про какое такое другое?

Вообще говоря о моменте исполнения денежного обязательства, нелишним будет вспомнить и про гражданский кодекс, а конкретнее – ст. 316 «Место исполнения денежного обязательства». На мой взгляд, ее применение (особенно до изменений, внесенных 42-ФЗ) весьма условно. Более того, п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 19.04.1999 №5 обычно приводимый в обоснование того, что обязательство считается исполненным с момента поступления денежных средств на корреспондентский счет банка кредитора, не менее условно относится к рассматриваемой ситуации, т.к. еще больше чем ФЗ «О национальной платежной системе» говорит о банко-клиентский отношений.

Статья 316 ГК РФ в редакции, вступившей в силу 01.06.2015, содержит следующее положение:

Если место исполнения обязательства не определено законом, иными правовыми актами или договором, не явствует из обычаев либо существа обязательства, исполнение должно быть произведено:

по денежному обязательству об уплате безналичных денежных средств — в месте нахождения банка (его филиала, подразделения), обслуживающего кредитора, если иное не предусмотрено законом.

Оставляя за скобками мысли по поводу «удачности» выбранной законодателем формулировки (обязательство об уплате безналичных денежных средств), остановлюсь на некоторых принципиальных пунктах. Во-первых, почему момент исполнения обязательства должен выводиться через место исполнения? Для непросвещенного читателя (который конечно должен держаться подальше от ГК) смысл этой нормы ст. 316 вообще не очевиден. Одно дело, когда в отсутствие специального регулирования необходимые положения доктрине и судебной практике приходится выводить подобными окольными путями, совсем другое – транслировать подобный «окольный» подход в закон. Во-вторых, в принципе не ясна необходимость внесения изменений при наличии специальной «четко» регулирующей отношения нормы в ФЗ «О национальной платежной системе». В-третьих, самое, пожалуй, важное. Из буквального толкования ст. 316 ГК РФ получается, что договором можно изменить «место» исполнения денежного обязательства «об уплате безналичных денежных средств». Как подобное условие договора формально соответствующее ГК РФ соотноситься с положениями ФЗ «О национальной платежной системе»?

Забыв про существующее (или существовавшее) регулирование, зададимся вопросом, а насколько вообще могло бы быть допустимо условие договора, к примеру, устанавливающее момент исполнения денежного обязательства либо моментом списания денежных средств со счета кредитора, либо зачислением их на счет должника. При такой ситуации стороны пытаются переложить риски банкротства избранного ими банка на своих контрагентов. К сожалению, я не могу привести достаточные аргументы как в пользу, так и против такого умозрительного подхода (банально из-за недостатка знаний). Но чисто по-житейски и на глазок. Как-то это неправильно, перекладывать на другую сторону риски, которые минимизировать можешь и должен ты (избирая более надежный банк). К тому же сложно предположить, что данное условие договора может прямо влиять на цену (кредитный риск продавца перекладывается на покупателя – цена ниже и наоборот). С другой стороны, а как же свобода договора? Как известно, чтобы ее ограничить, надо сначала придумать достаточное основание. Является ли приведенное основание достаточным? Затрудняюсь ответить. Но зато могу выдернуть цитату из «Договорного права» (книга 5, том 2): «На должника (плательщика) по основному денежному обязательству не может быть возложен риск, связанный с выбором кредитором банка, обслуживающего последнего.» 🙂

Но снова к de lege lata и выводам. Тезис: действующий ФЗ «О национальной платежной системе» уже ограничил свободу договора в такой степени, что говорить о диспозитивности в данных отношениях (несмотря на формулировки ГК РФ) не приходится. Думаю, данную норму можно рассматривать в качестве некой «конструирующей» (в отношении переводов денежных средств, посредством которых и исполняются денежные обязательства). Соответственно как бы там стороны не договорились, денежные средства получателю предоставлены с момента зачисления денежных средств на корреспондентский счет банка кредитора. Тут очевиден вопрос. А как же ГК, с его диспозитивной нормой? Ответ прост, ГК хорошо, просто отлично, он же не про время говорит, а про место 😀

С какого момента денежное обязательство считается исполненным?

Сложнее в ситуациях, когда речь идет о безналичных переводах, да еще и с привлечением банка-посредника.

Когда одна сторона обязана оплатить другой стороне деньги за товар (работы, услуги), важно понимать, в какой момент это денежное обязательство считается исполненным.

1. Если речь идет о расчетах наличными деньгами, то тут относительно все просто — денежное обязательство считается исполненным в момент получения бенефициаром (то есть продавцом, подрядчиком, исполнителем), наличных денег.

Если же расчеты между сторонами осуществляются посредством вручения чека или векселя, то денежное обязательство считается исполненным не с момента их вручения бенефициару, а с момента получения денег бенефициаром по чеку, векселю.

2. Сложнее в ситуациях, когда речь идет о безналичных переводах, да еще и с привлечением банка-посредника. Например, покупатель рассчитывается за товар посредством предъявления в свой банк платежного поручения. Предположим, что в расчетах еще участвует третий банк – посредник. Внизу расположена схема движения денег:

Итак, в какой момент денежное обязательство покупателя можно считать исполненным:

● когда он предъявил платежное поручение в свой банк и деньги списаны с его счета (этап 1)?
● когда деньги поступили в банк – посредник (этап 2)?
● когда банк – посредник перевел деньги в банк бенефициара (этап 3)?
● или когда деньги зачислены на банковский счет бенефициара (продавца) (этап 4)?

Читать еще:  Принципы организации денежного оборота

Согласно статье 55 Закона Республики Казахстан «О платежах и платежных системах» платеж (то есть исполнение денежного обязательства) считается завершенным с момента поступления денег на счет бенефициара и совершения соответствующей бухгалтерской записи по его счету (проще говоря, речь идет о зачислении (поступлении) денег на счет бенефициара). В нашей схеме это этап 4 .

Это очень важное правило, которое позволяет разрешить разные спорные ситуации при расчетах.

Допустим, деньги поступили в банк – посредник, у которого вдруг приостановили лицензию на совершение переводных операций. Деньги, как говорится, «зависли». Поскольку платеж так и остался незавершенным, денежное обязательство покупателя считается неисполненным, и продавец вправе требовать от покупателя его исполнения. Покупатель (отправитель денег) не вправе ссылаться на то обстоятельство, что с его счета деньги ушли; ему придется повторно платить из других источников, требуя при этом от своего банка возврата ранее перечисленных сумм (в свою очередь, у банка отправителя денег возникает право требования возврата ранее переведенных денег от банка – посредника).

3. Стоит заметить, что вышеуказанное правило является императивным, то есть стороны не вправе установить иной момент, когда денежное обязательство по гражданско-правовому договору считается исполненным. Кстати, в этом отличие от ранее действовавшего Закона РК «О платежах и переводах денег» 1998 года, пункт 3 статьи 24 которого позволял сторонам договора устанавливать иной момент завершения платежа (то есть исполнения денежного обязательства). Так, можно было установить в договоре поставки, что обязательства покупателя (отправителя денег) по оплате считаются исполненными после списания денег с его банковского счета (но не в момент их зачисления на счет поставщика — бенефициара). Однако, повторимся, правило о моменте завершения платежа в настоящее время является императивным (то есть не подлежащим изменению сторонами).

Трудно объяснить, чем вызвано ограничение возможностей сторон устанавливать своим соглашением иной момент исполнения денежного обязательства, чем установлен статьей 55 Закона “О платежах и платежных системах”. Возможно, законодатель тем самым подчеркивает общий подход определения места исполнения денежного обязательства, заложенный в статье 281 ГК РК, каковым признается место нахождения кредитора (бенефициара). Однако, как нам представляется, исключение диспозитивности в таком вопросе представляется неоправданным и противоречащим общему принципу свободы договора.

4. Еще немаловажное обстоятельство, которое следует учитывать в вопросе исполнения денежного обязательства. Предположим, деньги по переводу поступили в банк бенефициара (этап 3 в вышеприведенной схеме), но по каким-либо причинам не были зачислены на банковский счет бенефициара. Если следовать правилу статьи 55 Закона “О платежах и платежных системах”, то получается, что денежное обязательство отправителя денег перед бенефициаром еще не исполнено (моментом его исполнения по закону является, как мы помним, зачисление денег на счет бенефициара). Возникает важный вопрос: должен ли нести отправитель денег ответственность перед бенефициаром за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства по гражданско-правовому договору (например, в виде установленной за просрочку исполнения денежного обязательства неустойки или возмещения убытков)? Неужели отправитель будет нести ответственность, поскольку денежное обязательство по гражданско-правовому договору еще не исполнено?

Нетрудно заметить, что справедливым было бы освобождение отправителя денег от ответственности в подобных ситуациях. Дело в том, что деньги в нашем случае “зависли” в банке, выбранном бенефициаром, но не отправителем денег. Тем самым, риски, связанные с выбором контрагента в лице своего обслуживающего банка, а равно упущениями последнего, должен нести не отправитель денег, а бенефициар.

Именно такого подхода придерживается законодатель. Согласно пункту 2 статьи 58 Закона “О платежах и платежных системах” “отправитель денег не несет ответственность по платежу по гражданско-правовой сделке перед бенефициаром, если перевод денег не исполнен по вине банка бенефициара”.

5. Может показаться несколько странным, что, с одной стороны, денежное обязательство отправителя денег в подобном примере считается неисполненным (то есть имеет место формальное нарушение своего обязательства перед бенефициаром), но, с другой стороны, отправитель денег освобождается от ответственности за это.

Это не худший, но и не лучший вариант разрешения описанной ситуации. Не худший, поскольку отправитель денег резонно освобождается от ответственности за то, что деньги не дошли по вине банка бенефициара. Не лучший, поскольку, строго говоря, отправитель денег все равно считается просрочившим, а его денежное обязательство перед бенефициаром — так и неисполненным.

Представляется, что наиболее справедливым и разумным было бы указание в законе на то, что денежное обязательство считается исполненным не с момента зачисления денег на счет бенефициара (как это сейчас вытекает из нормы статьи 55 Закона “О платежах и платежных системах”), а с момента поступления денег в банк бенефициара. Почему?

Во-первых, как указано выше, банк бенефициара выбран не отправителем денег, а бенефициаром, который и должен нести риски за выбор своего обслуживающего банка. Во-вторых, в случае, если деньги не дошли до бенефициара, “зависнув” в его банке, возможности отправителя денег повлиять на этот банк явно ограничены, так как они между собой договорными отношениями не связаны. На основании чего он будет предъявлять требование (и о чем) к банку бенефициара? Но вот бенефициар вправе потребовать исполнения от своего банка обязательств по зачислению поступивших в свой адрес денег. В-третьих, при таком варианте, вполне логичным становится освобождение отправителя денег от ответственности за непоступление денег на счет бенефициара по вине банка бенефициара.

Помимо сказанного, предлагаемый нами подход разрешения вопроса о моменте исполнения денежного обязательства не должен, на наш взгляд, исключать возможность установления в гражданско-правовом договоре иного правила. Иначе говоря, не видим препятствий для придания законодателем такой норме диспозитивного характера.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector